4. Сравнение: поэзия: #279520
Сопоставьте стихотворение А. А. Фета «Вечер» и одноименное стихотворение И. А. Бунина. Что сближает эти произведения?
Стихотворения Фета «Вечер» и Бунина «Вечер» сближает общая тема — счастье как способность «видеть» и «слышать» простую, обыденную красоту природы. Оба поэта утверждают, что счастье — не в «громких» событиях, а в тихом созерцании: у Фета это вечерняя заря, река, облака; у Бунина — «сад осенний за сараем», «чистый воздух», «птичка на подоконнике». Оба стихотворения — импрессионистические зарисовки мгновения.
Первое сходство — отсутствие активного действия. У Фета: глаголы в безличной форме («прозвучало», «прозвенело», «прокатилось», «засветилось»), природа живет сама по себе. Герой — лишь «регистратор» этих звуков и красок. У Бунина: «слежу за облаком», «отвожу усталый взгляд от книг», «вижу, слышу». В обоих случаях герой — «созерцатель», а не деятель. Он счастлив тем, что «день вечереет» (Бунин) и «погорев золотыми каймами, разлетелись облака» (Фет). И там, и там — мотив «ухода дня», вечерней грусти, но эта грусть не переходит в отчаяние, а становится «светлой».
Второе сходство — философское обобщение в финале. У Фета последняя строфа: «На пригорке то сыро, то жарко, / Вздохи дня есть в дыханье ночном, – / Но зарница уж теплится ярко / Голубым и зеленым огнем». Фет не говорит прямо «я счастлив», он передает состояние через ощущения («то сыро, то жарко») и зрительные образы (зарница). У Бунина прямая декларация: «Я вижу, слышу, счастлив. Все во мне». Однако и у Фета, и у Бунина счастье — это результат «знания» («а счастье только знающим дано» у Бунина). Фет «знает», что зарница — это «красота». Оба поэта утверждают, что «вечер» — это время, когда природа обнажает свою тайную жизнь, а человек, если он «поэт», способен эту жизнь «впитать». Различие в тональности: Фет более «музыкален», Бунин более «прозрачен» и философичен. Но их сближает «пантеистическое» чувство: счастье не нужно искать, оно «вокруг» – в «саду осенним» и в «тени немой рощи». Оба стихотворения — гимн «тихой радости» бытия, которая доступна каждому, кто «остановится» и «посмотрит». Это сближает их с традицией русской пейзажной лирики, идущей от Пушкина и Тютчева.