(1) В третью военную осень после уроков Анна Николаевна не отпустила нас по домам, а раздала узкие полоски бумаги, на которых под жирной фиолетовой печатью – все честь по чести! – было написано, что такой-то или такая-то действительно учится во втором классе девятой начальной школы.
– (2) Вот! (3) С этой! (4) Справкой! – разделяя слова, делая между ними паузы и, таким образом, не просто объясняя, а внушая, вдалбливая нам правило, которое требовалось запомнить, Анна Николаевна разъясняла и остальное. – (5) И письменным! (6) Поручительством! (7) Мамы! (8) Вы! (9) Пойдете! (10) В детскую! (11) Библиотеку! (12) И запишетесь!
(13) Детское ликование не остановить. (14) Да и не нужно его останавливать, потому что это ведь стихия. (15) Поэтому наша мудрая Анна Николаевна только улыбнулась, когда мы заорали на радостях, заколготились в своих партах, как в коробах, отошла в сторону, прислонилась к теплой печке, прикрыла глаза и сложила руки калачиком.
(16) Теперь самое время объяснить, отчего уж мы так возрадовались. (17) Дело в том, что все мы давно уже научились читать – соответственно возрасту, конечно же, запросто разделывались с тонкими, еще довоенными, клееными-переклееными книжечками, которые давала в классе Анна Николаевна, но вот в библиотеку нас не пускали, в библиотеку записывали почему-то лишь со второго класса. (18) А кому в детстве не хочется быть постарше? (19) Человек, который посещает библиотеку, – самостоятельный человек, и библиотека – заметный признак этой самостоятельности.
(20) Постепенно мы угомонились, и Анна Николаевна снова стала объяснять.
– (21) В письменном! (22) Поручительстве! (23) Мама должна написать! (24) Что в случае! (25) Потери! (26) Книг! (27) Она! (28) Возместит! (29) Утрату! (30) В десятикратном! (31) Размере!
– (32) Теперь вы понимаете свою ответственность? – спросила она уже обыкновенным, спокойным голосом.
(33) Можно было и не спрашивать. (34) Без всякого сомнения, штраф за потерянную книжку в десятикратном размере выглядел чудовищным наказанием. (35) Выходило, что книжки читать будем мы и терять, если доведется, тоже будем их мы, а вот мамам ни много ни мало придется страдать из-за этого, будто им и так не достается.
(36) Да, мы росли в строгости военной поры. (37) Но мы жили, как живут люди всегда, только с детства знали: там-то и там-то есть строгая черта, и Анна Николаевна просто предупреждала об этой черте. (38) Внушала нам, второклассникам, важную истину, согласно которой и мал и стар зависимы друг от дружки, и коли ты забудешь об этом, забудешь о том, что книжку надо беречь, и потеряешь по рассеянности или еще по какой другой, пусть даже уважительной, причине, то маме твоей придется отвечать за тебя, плакать, собирать по рублю деньги в десятикратном размере.
(39) Повздыхав, зарубив себе на носу жестокий размер ответственности и еще одно правило, по которому мама должна прийти сама вместе с тобой, захватив при этом паспорт, мы вылетели на волю, снова ликуя и толкаясь.
(По А. А. Лиханову)
В предложении 21–31 найдите слово с лексическим значением «заменить чем-нибудь недостающее или утраченное». Выпишите это слово.
В предложениях 28–30 Анна Николаевна говорит: «Она! Возместит! Утрату!». Глагол «возместить» означает «заменить чем-либо недостающее или утраченное», «компенсировать ущерб». Здесь имеется в виду, что мама должна будет компенсировать стоимость потерянной книги.